„Солнце на три дуба поднялось, а ты все еще мордой в подушке.“
„Натали нашему роману все-таки не помешает, – ответила она. – Ты будешь сходить с ума от любви к ней, а целоваться будешь со мной. Будешь плакать у меня на груди от ее жестокости, а я буду тебя утешать.„
„За что так наказал меня Бог, за что дал сразу две любви, такие разные и такие страстные.“
„В доме говорят по-английски и по-французски, а есть нечего…„
„Шел бы ты, Мещерский, в монахи!„
